Взаимоотношения анестезиолога и больного

Больной вправе знать все, что касается его истинного состояния, риска предстоящего оперативного вмешательства и возможных осложнений, включая вероятность летального исхода. Данный подход носит название «информированного согласия» и означает, что

  • больной вправе знать о своем состоянии все, что его интересует;
  • без согласия больного невозможно выполнение ни одного исследования, манипуляции или вмешательства.

Только полная откровенность анестезиолога в состоянии избавить больного от необоснованных волнений, связанных с мыслью о том, что от него утаивают истинное положение вещей, только такой подход может вызвать его (пациента) полное доверие и желание сотрудничать. Данная концепция в нашей стране представляется, по меньшей мере, спорной. Однако, врачам, придерживающимся иных точек зрения на лечение тяжелых, крайне тяжелых или инкурабельных больных следует помнить следующие обстоятельства:

  1. Истинный диагноз и реальный риск оперативного вмешательства при любом врачебном подходе чаще всего являются для пациента секретом Полишинеля. Трудно сказать, что реально причиняет пациенту большие страдания: знание истинного положения вещей, пусть даже, весьма печального, или терзания и сомнения, связанные с «последней надеждой»., или страх, связанный с мыслью, что его обманывают (особенно у больных, диагноз которых не является приговором, а прогноз хирургического лечения представляется вполне благоприятным).
  2. Отнюдь не факт, что врач лучше больного может оценить все социальные, моральные, нравственные, семейные и т.д. факторы, способные повлиять на решение «выполнять или не выполнять операцию?».
  3. С последствиями того или иного хирургического вмешательства, хорошими или плохими, предстоит столкнуться пациентам и его родственникам: они (последствия) перестают быть проблемой анестезиолога или хирурга через дни, недели, в худшем случае, месяцы после операции, а потому и право решать следует предоставить пациенту.

Тем не менее следует признать, что данный подход не стоит возводить в абсолют, исключения (редкие, и потому именно исключения) могут быть; кроме того, данный подход связан с большей эмоциональной нагрузкой на врача и в силу последнего обстоятельства и традиций клиники, не всегда легко и просто внедряется в жизнь.

Больной в предоперационном периоде должен знать:

  • время, после которого ему запрещено есть и пить;
  • время, когда необходимо прекратить прием тех или иных лекарственных препаратов;
  • предполагаемую длительность операции;
  • характер премедикации и время ее проведения;
  • последовательность событий вдень операции: время премедикации, транспортировки в операционную, порядок постановки катетеров и метод вводного наркоза;
  • предполагаемое время (через сколько часов) и место (палата интенсивной терапии, палата пробуждения или общехирургическая палата) пробуждения.

Следует согласовать с хирургом информацию, связанную с окончательным диагнозом, прогнозом результатов оперативного лечения и хирургической тактикой.

С больным необходимо обсудить следующее:

  • Тактику анестезиологического обеспечения, включая необходимость интубации трахеи, проведения искусственной вентиляции легких или технику регионарной анестезии. Необходимо продемонстрировать преимущества регионарной, если она предлагается, или общей анестезии в данной конкретной ситуации.
  • Возможность изменения анестезиологической тактики во время операции (например, переход с масочного наркоза на интубацион-ный).
  • Риск анестезии и возможные осложнения, с нею связанные. Больного необходимо предупредить о возможном возникновении головных болей, местной инфекции и повреждении нервов при регионарной анестезии, боли в горле, тошноты и рвоты после общей анестезий; лихорадки, гепатита и реакции гемолиза после переливания крови; о кровопотере и пневмотораксе, связанных с постановкой катетеров в центральные вены и т.д..

Больной вправе высказать, а анестезиолог по возможности выполнить пожелания о методе проведения анестезии. Ни при каких обстоятельствах анестезиолог не вправе нарушить запрет больного на проведение тех или иных мероприятий. Например, члены религиозной секты «Свидетели Иеговы» в силу своих убеждений отказываются от переливания крови и ее компонентов. Врач не вправе сделать это ни при каких обстоятельствах (описаны случаи, когда больным становилось известно о нарушении запрета операционной бригадой, из-за чего пациенты предпринимали суицидальные попытки), но вправе отказаться проводить анестезию в подобных условиях. Решение данного вопроса, по крайней мере, по состоянию на сегодня, не предусмотрено юридически и остается на совести медицинского персонала. Отказ больного от проведения тех или иных лечебных мероприятий, должен быть надлежащим образом зафиксирован в истории болезни. .

Конечно же, невозможно (и нужно ли?) в ходе одной (нескольких) бесед передать больному весь свой собственный опыт и знания. Поэтому «информированное» согласие, в любом случае, достаточно условно. Необходимо соблюсти баланс между защитой прав больного,, собственными профессиональными интересами и интересами клиники. Решение вопроса об объеме сообщаемых больному сведений в каждом конкретном случае определяется анестезиологом в соответствие со стандартами клиники.

    Оставьте отзыв


    Ссылка на эту страницу:
    http://anesteziologiya.com/podgotovka/prava-obyaz/anesteziolog-bolnoy/

    Ссылка на эту страницу для форумов:
    [URL="http://anesteziologiya.com/podgotovka/prava-obyaz/anesteziolog-bolnoy/"]Взаимоотношения анестезиолога и больного[/URL]

    Ссылка на эту страницу в формате HTML:
    <a href="http://anesteziologiya.com/podgotovka/prava-obyaz/anesteziolog-bolnoy/">Взаимоотношения анестезиолога и больного</a>